Однажды опытный орнитолог так сказал студентам про дятловые клювы: «У малого пестрого дятла—тычок, у большого пестрого — штычок, а у желны — целый штык!» И верно: самый маленький из наших дятлов будто шилом орудует — такие следы оставляет на мягкой, гнилой древесине его клюв. Большой пестрый дятел, самый обычный в средней полосе, без особых усилий выдалбливает дупла в живых осинах, легко вскрывая ходы короедов.

Но он не в состоянии доставать крупных личинок златок и усачей из глубоких слоев древесины. Зато против мощного клюва желны (черного дятла) (на фото) не устоит даже дубовый корень, от которого, звеня, отскакивает топор. Небольшую сухую ель желна за три-четыре дня превращает в щепки, а маленькую лесную избушку она может совершенно разрушить за какой-нибудь год, если обнаружит в ее бревнах личинок. Этот большой черный дятел оказывает лесному хозяйству неоценимую пользу.

Деревья в старом еловом или пихтовом лесу нередко поражаются скрытой сердцевинной гнилью. Огромное дерево с виду кажется здоровым, но в глубине ствола гниль медленно поднимается от корней вверх, разрушая живые ткани. По сплетенным корням она может переброситься на соседние деревья. Следом за гнилью в глубине ствола поселяются большие черные муравьи-древоточцы. Они в кружево истачивают гнилую древесину. Неизвестно, как желна узнает о муравьях через толщу смолистого дерева. Но узнает. И начинает работать. В стволе появляются глубокие ниши, в некоторые из них целиком входит плотничий топор с топорищем. На землю летят оторванные дзадцатисантиметровые щеаки. В глубине ниши из вскрытого желной хода на стук встревоженно выскакивают большие черные муравьи-компонотусы. Выскакивают и попадают на ее острый, похожий на зазубренный гарпун язык. Так дятел указывает на больные деревья задолго до того, как их болезнь может обнаружить человеческий глаз.

А. Лишина и  О.Лишин. Весна в лесу.—Наука и жизнь, 1964, № 4.